Мятежная [= Уродина ] - Скотт Вестерфельд

— Полюбуйся на них. Цыплята ощипанные.

— Неужели мы тоже когда-то так выглядели?

— Наверное. Но если мы тоже были такими, это вовсе незначит, что они — не ощипанные цыплята.

Тэлли кивнула, пытаясь вспомнить себя в двенадцать лет,каким ей показался интернат в самый первый день. И она вспомнила, что зданиепроизвело на нее устрашающее впечатление, поскольку было намного больше дома ееродителей, Сола и Элли, и даже больше тех домиков, куда они малышами ходили вначальную школу, — там места хватало только для учителя и десяти учеников.

А теперь спальный корпус казался ей таким маленьким итесным, неприятно детским из-за ярких красок и лестниц с мягким покрытием.Здесь было так скучно днем, отсюда было так легко улизнуть ночью…

Новые уродцы сбились в кучку, они боялись отойти слишкомдалеко от учителя-экскурсовода. Запрокинув головы, они смотрели на четырехэтажноездание интерната, и их глаза были наполнены восторгом и ужасом.

Шэй отстранилась от открытого окна.

— Порезвимся на славу, — заключила она.

— Эту экскурсию они никогда не забудут.

Через две недели заканчивалось лето. За последний год ребятв интернате Тэлли становилось все меньше — старшим исполнялось шестнадцать.Очень скоро придет пора новичкам занять их места. Тэлли смотрела, как входят вздание интерната последние уродцы, испуганные, с вытаращенными глазенками,растрепанные, недисциплинированные. Двенадцать лет — этот возраст определеннослужит поворотным пунктом. В двенадцать лет из умненького малыша ты вдругстановишься уродцем, переростком и недоучкой.

Этот период в жизни Тэлли была рада оставить позади.

— Ты уверена, что эта штука сработает? — спросилаШэй.

Тэлли улыбнулась. Не так-то часто осторожность проявляла неона, а Шэй. Она ткнула пальцем в воротник спасательной куртки.

Видишь маленький зеленый огонек? Это означает, что вседействует. Куртка предназначена для чрезвычайных ситуаций, поэтому она всегдаготова сработать.

Шэй сунула руку под форменную футболку и потрогала датчик,прикрепленный к колечку на пупке. Это означало, что она нервничает.

— А если она поймет, что на самом деле никакойчрезвычайности нет?

— Не настолько она умна. Ты падаешь — она тебя ловит идержит. Никакие фокусы не нужны.

Шэй пожала плечами и надела куртку.

Куртку они позаимствовали в школе искусств, самом высокомздании в Уродвилле. Запас таких курток хранился в подвале, и девочкам даже непришлось хитрить с ящиком, в котором лежали куртки. Тэлли нисколько нехотелось, чтобы ее поймали из-за ложной пожарной тревоги — ведь надзирателимогли связать этот случай с происшествием в Нью-Красотауне в начале лета.

Поверх куртки Шэй натянула большущий баскетбольный свитертакого цвета, который полагался ребятам из этого интерната. В лицо ее здесьмало кто из учителей знал.

— Ну как я выгляжу?

— Как будто потолстела немножко. Тебе идет.

Шэй скривилась. Она терпеть не могла, когда ее обзывалиБогомолом или Вешалкой или прилепляли еще какие-то клички, на которые уродцы нескупились. Иногда Шэй заявляла, что, если ей не сделают операцию, она ничуть неогорчится. Глупости, конечно. Шэй, конечно, полной уродиной не была, но не былаона и красавицей от рождения. Таких красивых людей всего-то насчитывалось сдесяток, не больше.